Abstract
В настоящей статье пересматривается вопрос об отношении Подпольного человека Достоевского к доктрине «разумного эгоизма», связанной с романом Николая Чернышевского «Что делать?». Разумный эгоизм утверждает, что все человеческие деяния имеют, и должны иметь разумную цель удовлетворения собственных интересов, и что разумные интересы всех индивидуумов в конеч - ном итоге согласуются, в результате чего стремление к удовлетворению личных интересов индивидуума является равнозначным стремлению к благу всего чело вечества. Хотя очевидно, что сам Достоевский отвергал разумный эгоизм, более двусмысленным является отношение к этой доктрине его повествователя- героя, при чем осложняется и вопрос о литературной и полемической функции Подпольного человека. Два наиболее убедительных анализа этого отношения были проведены Джеймсом Сканланом и Джозефом Фрэнком. В то время как Сканлан идентифицирует в дискурсе Подпольного человека последовательную и тщательную критику рационального эгоизма, Фрэнк распознает внутренний конфликт в рассказчике между интеллектуальным убеждением и более висце - ральным отказом морального и эмоционального характера. В предлагаемой здесь новой интерпретации сочетаются самые проницательные наблюдения и Сканлана, и Фрэнка, и в то же самое время, более тщательно, чем в предыдущих анализах, трактуются некоторые особенности отношения Подпольного чело - века к идее свободы, к его собственным действиям и, в конечном счете, к самому себе. Утверждается, что неразбериха и страдание Подпольного человека проистекают из мировоззрения «все или ничего», при котором невозможно представить себе свободу иначе как абсолютную, вследствие чего он беско - нечно колеблется в своем представлении о человеческой свободе между двумя полюсами: совершенно самоопределяющейся волей и суровым детерминизмом. Это мировоззрение, в свою очередь, рассматривается как следствие ошибочного понятия фрагментированной самости, которое неспособно примирить будто бы бесконечную свободу ума с ограничениями, налагаемыми на человечество те - лесным и социальным элементами нашей природы
This article reviews the issue of Dostoevsky's Underground Man's attitude to the doctrine of "reasonable egoism" associated with Nikolai Chernyshevsky's novel What Is To Be Done?. Reasonable selfishness asserts that all human actions have, and should have, a reasonable aim of satisfying one's own interests, and that the reasonable interests of all individuals eventually agree, with the result that the desire to satisfy the personal interests of the individual is tantamount to striving for the good of all mankind. Although it is clear that Dostoevsky himself rejected rational egoism, the attitude of his narrator-hero towards this doctrine is more ambiguous, which complicates the question of the literary and polemical function of the Underground Man. The two most compelling analyzes of this relationship were by James Scanlan and Joseph Frank. While Scanlan identifies in Underground Man's discourse a coherent and thorough critique of rational selfishness, Frank recognizes an internal conflict in the narrator between intellectual persuasion and a more visceral rejection of a moral and emotional nature. The new interpretation proposed here combines the most insightful observations of both Scanlan and Frank, and at the same time, more carefully than previous analyzes, treats some of the features of the Underground Man's attitude to the idea of freedom, to his own actions and, ultimately, to account, to himself. It is argued that the confusion and suffering of the Underground Man stems from the “all or nothing” worldview, in which it is impossible to imagine freedom otherwise than absolute, as a result of which he endlessly fluctuates in his idea of human freedom between two poles: a completely self-determined will and severe determinism. . This world view, in turn, is seen as a consequence of the erroneous notion of a fragmented self, which is unable to reconcile the supposedly infinite freedom of the mind with the restrictions imposed on humanity by the bodily and social elements of our nature.